Карта сайта Версия для слабовидящих

О некоторых вопросах взаимодействия Комитета по культуре Госдумы и Министерства культуры РФ. Гудима Т.М.

С культурой, её ценностями, людьми, посвятившими всю свою жизнь этой прекраснейшей стороне нашего общественного и личного бытия, я связана всей своей судьбой. Сначала осознанный выбор историко-филологического факультета, потом изучение философии и выбор научных тем «Познавательная функция искусства» и «Диалектика духовного мира личности», которыми я занималась и занимаюсь сейчас. Много лет преподаю философию и культурологию в высших учебных заведениях. Недолгое время работала в партийных органах: секретарём Ломоносовского райкома партии, руководителем лекторской группы и секретарём Архангельского обкома партии, где сферой моей деятельности тоже были вопросы культуры. Поэтому, когда в 1993 г. я была избрана депутатом Государственной Думы, стала работать в Комитете по культуре, где мне посчастливилось сотрудничать с Л.П. Рожковой, М.В. Сеславинским, С.С. Говорухиным, Н.Н. Губенко, В.М. Тарасовым, И.Д. Кобзоном и многими другими интересными, яркими людьми, понимающими, чувствующими и творящими культуру.

После окончания депутатской деятельности в 1999 г., М.Е. Швыдкой, в те годы Министр культуры Российской Федерации, пригласил меня в Министерство своим советником. Я дала согласие, хотя для меня это было не простым решением. Я глубоко уважаю Михаила Ефимовича за его интеллект, разносторонность знаний, творческую натуру, потрясающую работоспособность, талант общения с людьми, но, вместе с тем, по многим вопросам развития культуры мы имеем разные позиции. Я не принимаю, когда под именем современного искусства происходит отказ от искусства, как такового, ибо разрушаются фундаментальные эстетические критерии. Я убеждена в несправедливости негативной оценки советского периода развития культуры, не принимаю вульгарно-упрощённых трактовок отношения культуры и идеологии. Есть целый ряд других позиций, где мои взгляды существенно различаются с точкой зрения М.Е. Швыдкого. Я сказала об этом на нашей встрече. На мои возражения он ответил известной цитатой великого философа: «Я не разделяю Ваших взглядов, но готов отдать жизнь за Ваше право их иметь», и добавил: «У нас есть общая тревога за судьбу нашей культуры и желание всемерно способствовать её развитию, давайте постараемся работать вместе».

Работать в министерстве в эти годы было очень сложно: 90-е годы, когда финансирование сферы культуры государством сократилось наполовину, и многое было разрушено, оставили свой след. Назову только одну цифру – средняя заработная плата в сфере культуры в 2000 году составляла 1682 рубля, да и платили её нерегулярно. Но работать было интересно, обстановка была творческая, старались найти выход даже в безвыходных ситуациях.

Одной из главных моих функций было взаимодействие Министерства культуры и Комитета по культуре Государственной Думы в разработке законодательных документов. Это было мне знакомо, я практически продолжала заниматься тем же, что делала, будучи депутатом. Председателем комитета по культуре в эти годы был интереснейший и очень талантливый человек Николай Николаевич Губенко – режиссёр, актёр, с опытом министерской работы. На рубеже 80–90-х годов прошлого века он был Министром культуры Советского Союза.

В 2000-м году главной заботой Министерства была разработка Федеральной программы « Культура России. 2001-2005 годы». Для решения этой задачи были объединены в Министерстве учёные, работающие по проблемам культуры, специалисты Министерства, практические работники из разных регионов страны, руководители учреждений культуры. Программа имела принципиальное значение: она давала возможность дополнительного финансирования и предлагала реальный механизм помощи федерального центра регионам. В программу были собраны заявки из всех республик и областей. Уже это было чрезвычайно важно, потому что представило всю панораму культуры России с её проблемами и болями. Из десяти тысяч заявок профессиональные эксперты выбрали самые важные, а, исходя из этого, определяли объём финансирования. Подготовка первой программы проходила очень демократично, на обсуждение заявок приглашали представителей регионов, к осуществлению заявок привлекались профессионалы-специалисты, имеющие опыт, высокую репутацию и авторитет. Пишу об этом потому, что в последующие годы, при подготовке второй Федеральной программы «Культура России 2006-2010 годы», многие добрые традиции разработки первой программы были нарушены: исчезла открытость, гласность, осуществление проектов нередко поручалось организациям и фирмам, случайным в данной сфере.

Считаю, что разработка и осуществление федеральных программ в эти годы сыграли позитивную роль в развитии культуры.

Один из разделов Федеральной программы назывался «Культура русского Севера». Для меня он особенно важен, и я приложила немало усилий, чтобы такой раздел появился. К счастью, нашла понимание у Министра культуры М.Е. Швыдкого. Горячо и активно поддержали программу, посвящённую культуре русского Севера, губернаторы всех северных регионов. Губернатор Вологодской области В.Е. Позгалёв обратился по этому поводу к Президенту страны В.В. Путину, и Президент в ответном письме выразил свою поддержку. Нам очень хотелось, чтобы «Культура русского Севера» стала отдельной программой, но этого добиться не удалось, она получила статус отдельного раздела в общей программе.

Я северянка, родилась и выросла на Севере, много лет работала там и очень хорошо знаю, что такое – культура Севера. Русский Север – целостное явление российской и мировой культуры. До настоящего времени на Севере сохранились нетронутыми, подлинными пласты народной культуры, выдающиеся архитектурные ансамбли, исторические города, промыслы и традиционные формы природопользования. Важной особенностью русского Севера является сохранность природных ландшафтов, естественность культурно-ландшафтного окружения старинных сёл и городов. На Севере сохранился русский язык в его богатстве и многообразии, заметно разрушаемый иноязычием и сленгами на большей части территории страны.

На Севере расположены памятники, представляющие Россию в списке объектов Всемирного природного и культурного наследия, сформированном ЮНЕСКО, здесь находится и большая часть нематериального культурного наследия.

Всё это в современных условиях приобретает особый смысл: именно Север во многом сохранил уникальность и самобытность русской культуры.

2000-е годы эта работа была постоянным делом и Министерства, и органов культуры в областях и республиках. Многие из них приняли свои перспективные региональные программы развития культуры, дополняющие и развивающие федеральную программу.

Одной из главных функций Министерства является законодательная деятельность. Она осуществлялась совместно с Комитетом по культуре Государственной Думы: это имеет свои преимущества, но, вместе с тем, в этой работе многие годы Министерство было мало инициативно, практически отсутствовали проекты законов, внесённые Министерством. Назову две причины такой ситуации: первая – отсутствие необходимого количества специалистов, и вторая – многочисленные перестройки аппарата внутри Министерства. За десять лет моей работы в Министерстве руководители юридического департамента (в начале это был отдел) менялись пять раз.

Основные законодательные акты, которые и сейчас регулируют культурную деятельность, приняты в 90-е годы и самом начале 2000-х.

Первый фундаментальный Закон о культуре под названием «Основы законодательства о культуре» был принят Верховным Советом РФ в 1992 г. Ему было суждено сыграть огромную роль в защите культуры в самые тревожные 90-е годы потому, что в нём утверждался протекционистский подход государства к культуре, ответственность всех органов власти за её сохранение (так, в соответствии с законом, доля финансирования культуры не могла быть ниже 2% расходной части Федерального бюджета и 6% бюджета регионального). Не допускалась приватизация объектов культурного наследия и учреждений культуры. В специальной главе определялись социальные гарантии творческих работников.

Закон «Основы законодательства о культуре» предполагал, что все его основные положения будут конкретизированы в специальных законах, регулирующих отдельные сферы культурного процесса. Были разработаны и приняты Государственной Думой Законы «О библиотечном деле», «Об обязательном экземпляре документов», «О музейном фонде РФ и музеях в Российской Федерации», «О вывозе и ввозе культурных ценностей», «О государственной поддержке кинематографии», «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации» и другие.

В подготовке этих законов активно участвовали работники культуры, творческие деятели, это был открытый гласный процесс, что способствовало улучшению качества законов и привлечению внимания общества к проблемам культуры. Например, Закон «О государственной поддержке кинематографии» разрабатывался и принимался Государственной Думой в тот критический момент, когда количество фильмов, выпускаемых российскими киностудиями, сократилось в пять раз, закрывались и передавались под магазины и рынки кинотеатры, экран захватили зарубежные, отнюдь не лучшие кинофильмы, в основном американские. Принятие закона, а Комитет тогда возглавлял С.С. Говорухин, помогло переломить ситуацию, Закон не только вводил понятие национального фильма и определял меры его поддержки, но и гарантировал невысокий, но стабильный уровень финансирования.

Особый резонанс в стране и за рубежом вызвал Закон «О культурных ценностях, перемещённых в Союз ССР в итоге Второй Мировой войны и находящихся на территории Российской Федерации». В законе речь шла о правовом статусе тех культурных ценностей, которые были вывезены в нашу страну после окончания Второй Мировой войны в порядке компенсации за невосполнимые потери, утраты культурных ценностей в ходе войны, развязанной фашистской Германией и её союзниками. Закон определял правовой статус перемещённых ценностей как собственность Российской Федерации и открывал возможности для законного возвращения той их части, владельцы и собственники которой не участвовали в фашистских организациях и военных действиях против нашей страны, не поддерживали нацизм.

Принятие и подготовка этого закона проходила в острой борьбе. Это не случайно: в последние годы, через шесть десятилетий после окончания войны, когда ушли из жизни большинство участников и очевидцев этих событий, появилось немало желающих пересмотреть итоги Второй Мировой войны, представить воинов Красной Армии не освободителями Европы и мира от фашизма, а захватчиками и грабителями. В ходе подготовки и принятия закона члены Комитета по культуре в полной мере отвоёвывали закон от массированных атак очернителей и фальсификаторов истории. Особую роль в этой борьбе играл председатель комитета Николай Николаевич Губенко. Время показало, что принятие этого закона было справедливым актом.

Таким образом, в самые сложные 90-е годы законодательная деятельность, принятие необходимых законов стало реальной защитой культуры от разрушения, приватизации, коммерциализации и многих других рыночных бед. Лейтмотивом, центральной идеей всех этих законов была характеристика культурной сферы как специфичной, преимущественно нерыночной.

Законодательная деятельность 2000-х, в основном, состояла во внесении поправок в действующие законы. Поправки и изменения отражали новые явления в экономике, политике, государственных органах. Такие законопроекты разрабатывались в других министерствах, чаще всего в Министерстве экономического развития и торговли, в Министерстве финансов, и чаще всего не учитывали особенности сферы культуры.

В эти годы Комитет по культуре Думы, Министерство работали над новой редакцией основного, базового Закона «О культуре», который должен заменить явно устаревший и разрушенный поправками Закон «Основы законодательства о культуре». Внесены поправки в Законы «О библиотечном деле», «Об обязательном экземпляре документов». Готовятся поправки в Законы «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации», «О музейном фонде Российской Федерации и музеях в Российской Федерации» и ряд других.

В 2000-е годы несколько улучшилось финансирование культуры. С 0,7% от расходной части Федерального бюджета в середине 90-х оно поднялось до 1,1% к 2005 г., однако в 2008 г. снова началось снижение.

Самым вдохновляющим и перспективным явлением конца 90-х и начала 2000-х годов стала большая активность и самостоятельность регионов, областей и республик. Все наиболее интересные инициативы возникали именно там: слёты работников культуры «Журавлиные посиделки», потом распространившиеся по всей стране, Дни работников культуры, смотры, презентации наиболее интересных культурных проектов. Это сложное время своей отличительной характеристикой имело появление новых субъектов культурной деятельности: это различные фонды, общественные организации, национальные автономии. В спасении и развитии культуры участвовало множество людей талантливых, неравнодушных, которым внутренне присуща жажда творчества, созидания. Появились новые музеи, особенно в малых городах и сёлах, художественные галереи, открылись новые многочисленные конкурсы и фестивали, расширились международные контакты. Во всём этом участвовали денежные средства граждан, добровольно вносящих доступные им средства в важное дело. Всё больший авторитет получало спонсорство, очень трудно, но появлялись и новые меценаты.

В 2004 г. в культурной политике страны, в управлении сферой культуры произошли принципиальные изменения. Было создано новое министерство – Министерство культуры и массовых коммуникаций. Министром был назначен Александр Сергеевич Соколов, профессор, до назначения работавший ректором Московской консерватории.

Изменилась структура. В ведении Министерства находились Агентство по культуре и кинематографии, Агентство по печати и средствам массовой информации, Архивное агентство и Федеральная служба по контролю за соблюдением законодательства в области охраны культурного наследия и авторских прав. Главной задачей Министерства в этой структуре было определены два направления: выработка и осуществление культурной политики, законодательное обеспечение отрасли. Руководство подведомственными организациями, в том числе их финансирование, осуществлялось Агентствами, они же реализовывали конкретные проекты развития культуры. Такое разделение функций было явно искусственным, не оправдало себя. Да, к тому же, процесс раздела оказался затяжным.

Через четыре года от новой структуры управления отраслью отказались, Министерство культуры вернулось, в основном, к своей старой структуре.

Внутренние перестройки в Министерстве продолжаются и сейчас: меняются департаменты, отделы. Например, был Департамент культурной политики, потом его не стало, Департамент современного искусства существенно расширился, включив в сферу своей деятельности международные культурные контакты, Юридический отдел вырос до юридического Департамента и так далее. Думаю, что эти изменения отражают процесс поиска наиболее эффективной управленческой структуры, способной решать новые задачи, стоящие перед отраслью.

Вместе с тем, работать в обстановке бесконечной перестройки крайне трудно, особенно в такой области, как культура. В развитии культуры необходим надёжный фундамент традиции, в ней ничего не возникает на пустом месте, в этой особо сложной деятельности человека должны соединяться уважение к созданному ранее и творческое стремление к новому, совершенному и прекрасному. К сожалению, частые, не всегда обоснованные перестройки нанесли существенный ущерб кадровому потенциалу работников культуры. Это находит своё отражение и в качественных характеристиках работников Министерства.

Все годы с 2005 по 2008 Министерство работало над Концепцией новой культурной политики, привлекая к этой работе научно-исследовательские институты и научные центры. Концепция трижды обсуждалась на заседаниях Правительства, но не была утверждена, предлагалось её доработать. Сейчас она существует как рабочий документ, утверждённый приказом Министра.

В эти годы Правительство России регулярно обсуждало проблемы культуры. На заседаниях Правительства были поддержаны документы, разработанные Министерством: «Стратегия развития музеев-заповедников», «Концепция развития художественного образования».

Положения этих концепций пока не имеют механизмов реализации, не закреплены в законодательстве. Их ценность в том, что они раскрывают современное содержание проблем и предлагают пути их решения. Это даёт надежду на то, что в будущем они будут востребованы.

Гудима Тамара Михайловна,
Старший научный сотрудник Российского Института культурологии,
Доцент Московского гуманитарного университета.
Депутат Государственной Думы РФ (1993–1999 гг.), Сотрудник Министерства культуры РФ, в т.ч. Советник Министра культуры РФ
(1999–2010 гг.)


Дата создания: 20.02.2013 12:36
Дата изменения: 20.02.2013 12:36
Опубликовать в социальных сетях:
Опубликовать в социальных сетях:
Последнее обновление на сайте: 08:06 26.03.2017