Карта сайта Версия для слабовидящих

Театр необходим людям. Подгородинский В.В.

«Весь мир – театр, и люди в нём – актёры»
У. Шекспир

РРК (РЕПЕРТУАРНО-РЕДАКЦИОННАЯ КОЛЛЕГИЯ)

В Министерстве культуры я оказался случайно. В марте 1974 г. в театре встретил И.П. Скачкова (который когда-то, в студенческие годы, благословил меня на работу театрального критика) – главного редактора репертуарно-редакционной коллегии Управления театров Министерства культуры РСФСР. Обменявшись впечатлениями о спектакле, И.П. предложил мне работу редактора. Я попросил дать мне какое-то время на размышления. Мне казалось, что в Министерстве работают люди, застёгнутые на все пуговки и крючочки, с которыми очень сложно будет общаться. Ведь только-только закончились 60-ые годы, и все мы, и достаточно взрослые и молодые, ощущали себя либералами, жадно глотая воздух свободы. Как-то я впишусь в работу Министерства?.. Но И.П. был настойчив, и через неделю меня пригласили к первому замминистра Зайцеву Евгению Владимировичу, который в разговоре со мной сказал, что мне оказывают высокую честь, приглашая на такую работу. Откровенно говоря, во время встречи с Е.В. я изрядно перепугался. Дело в том, что он показался мне именно таким, каким я представлял себе министерских чиновников. Только выйдя из стен Министерства, я понял, что Е.В. хорошо изучил всю мою биографию, от поступления в институт и работы в Новосибирске до окончания аспирантуры. Уже через неделю я был работником Министерства.

Что такое РРК и кто в ней работал? Я уже говорил о том, что возглавлял коллегию мой добрый знакомый Скачков – человек, прошедший всю войну, имевший много наград, учившийся после армии в ГИТИСе на театроведческом факультете вместе с Ю. Рыбаковым, долгое время работавший заместителем председателя ВТО во времена Царёва, последние годы – в Министерстве. Прекрасный специалист, великолепно знавший и историю, и практику отечественного театра.

В задачи РРК входили работа с авторами, выпуск новых пьес и финансирование работы театров с местными авторами. Ежегодно мы покупали порядка 70-80 пьес, которые впоследствии, за счёт Министерства, издавались ВААПом и бесплатно рассылались по всем театрам РСФСР. Как правило, это были пьесы ведущих драматургов – А. Арбузова, А. Штейна, В. Розова, А. Володина, М. Рощина, М. Шатрова – а также молодых драматургов, которые ежегодно совершенствовали своё мастерство на семинарах в Рузе, Ялте, Дубултах под руководством опытных мастеров. У авторов того времени была возможность на 24 дня приехать в Дом творчества за счёт Министерства культуры, чтобы завершить свою работу над готовой пьесой и, как правило, начать работать над новой.

Следует сказать, что в репертуарной коллегии работали, как мне кажется, высокие профессионалы. Это Нина Кропотова – большая умница, великолепно контактирующая со всеми сопутствующими организациями, работавшая, как правило, с ведущими драматургами. Это Татьяна Агапова, дочь известного писателя Бориса Агапова, всегда невозмутимая, почти отстранённая, но очень уважаемая и авторами, и инсценировщиками за своё умение въедливо и очень точно давать конкретные советы. Это Александр Антокольский – драматург, член Союза писателей СССР, как правило, сотрудничавший с национальными авторами. И, конечно же, Светлана Терентьева – добрый гений драматургии для ТЮЗов и театров кукол. Она сумела привлечь к написанию пьес практически всех крупнейших прозаиков и поэтов, пишущих для этой аудитории, даже Бориса Заходера. Полагаю, что пьесы, выпущенные редактором Терентьевой, и сегодня нужны театру, и как было бы замечательно, если бы нынешнее МК РФ издало бы 10-15 томов (150 пьес) – это было бы очень полезно для театров, адресующих своё творчество детям, учитывая то, что сегодня такие пьесы не пишутся и не выпускаются.

Я назвал моих коллег. Теперь следует сказать, чем занимался я сам. РРК финансировала ежегодно порядка 100-120 работ театров с местными авторами. Эти пьесы обязаны были прочитывать все члены репертуарной коллегии, но это правило распространялось «на новенького», т.е. на меня, в максимальной степени. Кроме того, в репертуарную коллегию по почте приходило порядка тысячи пьес. Мы это называли «поток», и согласно установленным правилам, были обязаны прочитать все эти пьесы и дать автору профессиональный ответ. Как правило, на 95% это была чистая графомания, но иногда попадались профессиональные, можно даже сказать, талантливые произведения, написанные очень скромными авторами из глубокой провинции. Для примера, назову одного из них – Романа Солнцева из Красноярска. После одобрения РРК его пьесы ставились во многих театрах России, а спектакль по его пьесе «Статья» с Валерием Бариновым в главной роли на несколько лет стал хитом сезона в ЦТСА. И, конечно, я занимался молодой драматургией. И тут мне очень повезло: в Питере была лаборатория Игната Дворецкого, а в Москве – Алексея Арбузова. И там, и там оттачивали своё мастерство одарённые люди, впоследствии их назвали новой волной советской драматургии. Назову только некоторые фамилии: в Москве Л. Петрушевская и В. Славкин, а в Питере – целая россыпь талантливых имён: А. Соколова и Л. Разумовская, В. Арро и С. Коковкин, А. Кургатников и С. Яковлев, С.Злотников и А. Галин… Многие из этих авторов востребованы и сегодня. Что же касается А. Галина, он почти ежегодно создаёт новую пьесу, которая, как правило, обязательно находит свой театр, будь то «Современник», Et cetera, Малый театр…

Хочется рассказать один случай, который конкретно объяснил мне, как должен вести себя работник Министерства. Дело в том, что до прихода в Министерство я много печатался, и когда работал в Новосибирске, и во время учёбы в аспирантуре. В Центральном детском театре появился спектакль по пьесе А. Ремеза «Местные». Там рассказывалось о том, как студенты приехали помогать собирать урожай в один из колхозов и о конфликте с местными парнями. Произошла драка, в результате которой нескольких студентов увезли в больницу. В «Советской культуре» появилась моя статья, которую я подписал фамилией своей матери (Ярош). На другой день после публикации меня вызывает Е.В. Зайцев и спрашивает, знаю ли я что-либо об этой статье? На что я ответил, что знаю. Тогда он спросил, известно ли мне об отношении Отдела культуры ЦК к этой пьесе и к этой постановке? И тут я ответил утвердительно. Е.В. напомнил, что я работаю в идеологическом учреждении, и что я не в праве спорить с позицией Центрального Комитета. И далее добавил, что ему нравится мой профессионализм, моё отношение к работе, и что он надеется, что, если я хочу продолжать работать в Министерстве, то в будущем не буду больше допускать таких ляпов. С тех пор я надолго перестал писать рецензии. Но тут же должен сказать, что я по-прежнему уважаю Е.В., хотя его давно уже нет на этом свете: он был честный идеологический работник, он всегда работал с открытым забралом. У него были свои позиции, но он умел выслушивать и другие мнения. Он прислушивался к ним, пропускал их через себя, и ещё он был потрясающим организатором. И ещё один момент: ему, как первому замминистра, подчинялись творческие управления. И если кто-то из его коллег несправедливо пытался обрушиться на подчинённых ему работников, Е.В. вставал за нас стеной, и плохо приходилось обидчикам.

РУКОВОДСТВО МИНИСТЕРСТВА

Я уже рассказал немного о первом заместителе. Хочу несколько слов сказать и о других руководителях. Зам. Министра Василий Михайлович Стриганов отвечал за библиотеки и народное творчество. Уже достаточно взрослый человек, он сохранил какой-то юношеский, как тогда говорили, комсомольский, задор. Для него очень важно было, чтобы в самых отдалённых уголках, сёлах, хуторах были свои очаги культуры, куда могли бы приехать театры со своим спектаклем. Меня восхищали его аргументация и темперамент в защите своих позиций.

Владимир Васильевич Кочетков, тоже бывший комсомольский работник, отвечал за кадры и учебные заведения. Следует отметить, что до конца 80-ых годов руководителей областных и республиканских органов культуры, а также директоров и главных режиссёров театров утверждали на коллегии Министерства. Я не убеждён, что В.В. детально разбирался в вопросах музыки или театра, но меня восхищала его интуиция. Ознакомившись только с личным листком по учёту кадров, он интуитивно предсказывал дальнейшие перспективы работы человека в конкретном театре. И нередко его прогнозы, и позитивные, и негативные, оказывались очень точны.

Юрий Серафимович Мелентьев, Министр культуры. Он пришёл в Министерство в 1974 г. Удивительной души человек! Проработав с ним почти 20 лет, я не слышал от него ни одного резкого слова, хотя мои поступки иногда оборачивались для него неприятностями. Так, в своё время я включил в афишу последнего съезда КПСС спектакль В. Фокина «Говори…» по пьесе А. Овечкина, к спектаклю очень негативно отнеслись в отделе культуры ЦК. Я был на грани увольнения, но и в этой ситуации Ю.С. защитил меня. У него интересная судьба: он ведь учился в Суворовском училище, прекрасно знал историю (был кандидатом философских наук), написал замечательную книгу о народных промыслах России, которая была издана во многих странах Европы. Но самое главное – он был человек на своём месте. Никого не выделяя из руководителей управлений, он всегда с уважением относился к их профессиональным знаниям и к их поступкам. В те времена многие театры приезжали с творческими отчётами в Москву. Как правило, Ю.С. старался хотя бы один спектакль посмотреть. А по окончании гастролей в зале коллегии устраивал встречи с коллективом. Накануне вечером Ю.С. приглашал меня к себе в кабинет и выспрашивал всё про этот конкретный театр – про показанные спектакли, про отношение критиков, про то, как он работает у себя в городе. На другой день, общаясь с театром и называя ведущих актёров по имени-отчеству, он благодарил театры за удачные гастроли и говорил им о том, что необходимо сделать, чтобы и далее развивать своё творчество. Думаю, что за время своей работы он побывал практически во всех городах России. Его ценили и уважали многие деятели искусства – Георгий Товстоногов, Евгений Симонов, Михаил Ульянов, Игорь Владимиров; он дружил со многими выдающимися деятелями, особенно следует отметить его дружбу с Михаилом Шолоховым.

Мелентьева на троне сменил один из самых замечательных актёров России Юрий Соломин. Незадолго до этого он был избран творческим коллективом Малого театра художественным руководителем. Время было непростое – стремительно разрушались прежние критерии, не только эстетические, но и нравственные. Но Ю. Соломин и Малый театр стремились сохранить то лучшее, что было накоплено их предшественниками за более чем двухвековую историю. Может быть, именно это и заставило руководство Правительства пригласить Соломина на должность Министра культуры. Конечно, ему повезло: Мелентьев оставил сильный профессиональный аппарат. Соломину удалось достаточно быстро понять проблемы, которые решает Министерство, и продолжить то хорошее, что было до него. Его популярность и обаяние позволяло решать многие сложные вопросы на заседаниях Правительства. Его встречи в провинции всегда были качественными и полезными для его коллег – руководителей местных органов культуры и для каждого конкретного театра. За короткое время – он работал всего лишь полтора года – Соломину удалось многое сделать. Особенно следует отметить Постановление Правительства «О социально-экономической защите и государственной поддержке театров и театральных организаций». Именно это постановление, о котором я подробнее скажу чуть дальше, в значительной степени раскрепостило возможности руководителей театров и стало основой для будущего закона о театре, который, увы, не был принят Думой в 94-ом году. К сожалению, Ю. Соломин недолго пробыл в роли Министра: он активно возражал против слияния Министерства культуры и агентства по туризму, но когда за его спиной госсекретарь Бурбулис всё-таки подписал постановление об объединении, Ю.М. сразу же подал в отставку.

После Соломина министры сменялись слишком часто. Началась «министерская чехарда», которая, увы, не приводила к хорошим результатам.

На короткое время я уходил на телевидение, в Творческое объединение «Экран», создавать Мульттелестудию. За три года что-то удалось сделать – впервые в практике мировой мультипликации талантливый А. Татарский, которому не нашлось места ни на родине в Киеве, ни на 288 «Союзмультфильме», создал в телевизионной студии свои пластилиновые шедевры. Можно говорить и о некоторых других находках, как живопись на стекле или ставший на долгие годы хитом «Кот Леопольд», но театр всё время оставался внутри моей души, и когда меня позвали в Министерство на должность Начальника управления театров, я не раздумывал ни одной минуты.

ГЛАВНОЕ УПРАВЛЕНИЕ ТЕАТРОВ

(СТРУКТУРА, ЛЮДИ, ПРОБЛЕМЫ)

РРК являлась мозговым центром Главного управления театров. Дело в том, что основным направлением работы Министерства с театрами было согласование и утверждение репертуара. Сегодня, после того, как с января 88-го года исчез институт цензуры для творческих организаций, это кажется чем-то ужасным, непонятным, травмирующим творческих работников.

Ежегодно проходили репертуарные совещания. В крупном центре региона собирались руководители органов культуры, директора и главные режиссёры театров. Каждый коллектив встречался с представителями Министерства, которые внимательно смотрели за тем, чтобы в репертуаре непременно появилась пьеса о рабочем классе, о труженике села и на международную тему. Следует отметить, что театры областного подчинения должны были поставить 8 новых спектаклей за сезон, театры городского подчинения (Кимры, Бийск) – 10-12. Это была напряжённая плановая работа, и, как ни странно, появлялись замечательные спектакли и по классическим произведениям, и по современным пьесам (об этих авторах я говорил выше). Впрочем, почему странно? Ведь на эти темы появлялись замечательные пьесы А. Арбузова, А. Гельмана, В. Астафьева, В. Носова, В.Белова и др. Достаточно вспомнить «Иркутскую историю».

В те годы почти во всех городах России существовали замечательные театральные коллективы. Многие театры в то время назывались по имени главного режиссёра, который руководил театром 10, 20 или, как Пётр Монастырский, 40 лет. Я хочу назвать имена некоторых из этих режиссёров: Наум Орлов и Ефим Табачников, Натан Басин и Константин Чернядев, Вадим Климовский и Глеб Дроздов, Владимир Пахомов и Борис Наровцевич и многие другие. К сожалению, сейчас ситуация сложилась таким образом, что более чем в половине театров России нет главных режиссёров. А те немногие, что остались во главе театров до настоящего времени, как Борис Голубицкий и Отар Джангишерашвили, с ностальгией вспоминают прежние времена. Конечно же, замечательно, что мы уничтожили институт утверждения репертуара, но ведь это были живые встречи, это было общение, обмен опытом, чего не заменит никакой Интернет.

Также Управление проводило гастрольные совещания, и у каждого театра была возможность побывать не только в близлежащих городах, но и совершить творческий обмен с театрами союзных республик. Активное участие в этих совещаниях принимали работники РРК и инспектора театров по зонам. И снова я просто обязан назвать этих высоких профессионалов своего дела. Это В. Бодовский и А. Лидов. Позже отдел гастролей возглавил Григорий Заревняк, легендарная личность, которого добрым словом вспоминают спустя много лет после его смерти. Интересное подразделение существовало в Управлении, которое называлось Отдел формирования театральных трупп. Дело в том, что, согласно протоколу, в театрах был один штатный режиссёр и два очередных. И когда возникала надобность в приглашении режиссёра на штатную работу, то, естественно, обращались за помощью в этот отдел. Там работали бывшие актёры Валерий Колотюк и Анатолий Екодомов, позже возглавил этот отдел Юрий Кимлач, который сейчас является вице-президентом Фонда Аркадия Райкина. Меня всегда поражала и восхищала потрясающая память этих моих коллег. Ведь тогда не было компьютеров, но если понадобится, они тут же предлагали кандидатов для конкретного театра, причём учитывали творческие интересы и театра, и кандидатов. Вспоминаю, как-то я был в командировке в Хабаровске, и вечером после спектакля, забыв о большой разнице во времени, позвонил домой Колотюку. В Москве было 3 часа ночи. Не разобрав вначале, кто звонит, через 5 минут, не заглядывая ни в какие списки, он назвал фамилию очень реального кандидата на работу в этом театре.

Я вернулся в Министерство в андроповские времена, когда круче стали завинчивать гайки. В то время некоторым из моих сотрудников показалось, что именно они являются главными людьми в театральном процессе. Я замечал некоторое высокомерие, стремление заставить приехавшего из глубинки режиссёра или директора долго дожидаться у входа в кабинет, и, вообще, начальственные нотки, которые звучали у них, даже когда они просто разговаривали по телефону. Мне пришлось собрать весь коллектив и обратиться к ним с «тронной речью»: «Вы старше меня и опытнее, но так получилось, что я сегодня начальник Управления. Если не будет Министерства культуры, театрам придётся сложно, но они выживут, а если не будет театров, Министерство можно будет закрыть. Договоримся так, что вся наша работа направлена на то, чтобы дать возможность театрам спокойно и целенаправленно заниматься творчеством. И давайте сообща будем искать какие-то решения».

В Министерстве работал один просто потрясающий профессионал – начальник планово-финансового управления Борис Юрьевич Сорочкин. Здесь хотелось бы сказать, что до января 89-го года всё финансирование культуры шло из центра. Осенью с предполагаемыми бюджетами приезжали в Москву руководители местных органов культуры и решали в Министерстве свои финансовые вопросы. Как правило, они получали планируемое, иногда за исключением 10%, которые выделялись в четвёртом квартале. Но назревали новые времена – с 85-го года началась перестройка, и мы вместе с «царём Борисом», такова была его подпольная кличка в Министерстве, стали думать над будущим наших театров. Мы привлекли к совместной работе группу молодых перспективных социологов и экономистов. Сегодня, спустя 25 лет, это известнейшие люди в нашей культуре: Лев Сундстрем, ректор СПГАТИ; Татьяна Клявина, директор Санкт-Петербургского НИИ искусствознания; Геннадий Дадамян многие годы руководит созданной им школой менеджеров. К сожалению, уже нет с нами одной из самых активных молодых учёных Елены Левшиной. Эти молодые кандидаты наук фонтанировали идеями. Мы с Сорочкиным помогали им в решении многих исследовательских вопросов по проблемам экономики и организации театрального дела в России. Были проведены различные акции, социологические исследования, подготовлены документы по новым условиям хозяйствования, по регионам были проведены обсуждения новых перспективных документов.

В 1986-1987 гг. проводился комплексный театральный эксперимент, в течение которого опытным порядком проверялись многие положения по самостоятельному решению различных административных, экономических и творческих вопросов театрами России. В эксперименте приняли участие все театры Прибалтики, театры Москвы и 20 крупнейших театров российской провинции. Проведение этого эксперимента практически уничтожило институт цензуры в театральном деле, начиная с января 1988 г. Затем подготовлены были различные документы разового порядка, которые позволили подготовить и обсудить с практиками театра будущее постановление Совета Министров РСФСР. 31 мая 1991 г. за номером 297 этот документ был подписан Премьер-министром Иваном Силаевым. Вслушайтесь в название этого постановления: «О социально-экономической защите и государственной поддержке театров и театральных организаций РСФСР»! Хочется привести несколько фраз уже из первого пункта этого документа: «Признавая ответственность государства за дальнейшее развитие театрального искусства народов РФ и необходимость его правового и финансового обеспечения, Совет министров РСФСР постановляет:

– считать важнейшей задачей Советов министров республик, крайисполкомов, облисполкомов, горисполкомов и т.д. принципиальное изменение в государственной политике в области театрального искусства, имея в виду:

– отказ от административного вмешательства в творческую жизнь театра и командных методов в управлении театральных коллективов;

– освобождение театра от навязывания ему идеологических догм и не свойственных искусству экономических требований;

– кардинальное изменение государственной политики в области финансирования театрального искусства, оплаты труда и социальной защиты работников театра, инвестиций и материально-технического обеспечения;

– создание необходимых условий для широкого приобщения народов РСФСР к театральному искусству как источнику нравственного оздоровления, средству формирования и укрепления высоких моральных устоев, сохранению национального самосознания и языка.

Я не буду продолжать цитировать этот документ. Полагаю, что его можно найти в архивах. Хочу только сказать, что он помог не только театрам России, но и театрам республик, которые ранее входили в состав СССР (у них была правовая возможность ссылаться на этот документ). Но буквально через короткое время Министерство культуры вместе с СТД и при участии ведущих театральных деятелей России и учёных, занимающихся проблемами экономики и права театрального дела, подготовили очень серьёзный проект закона о театре, который, по моей информации, в 1994 г. прошёл два слушания в Госдуме и, возможно, мог быть принят ещё тогда, 16 лет назад, если бы не два «но»: ссылка в этом проекте на закон о меценатстве, который, к сожалению, так и не принят до сих пор, и необходимость внесения дополнений в КЗоТ о введении контрактной формы в театрах России.

В настоящее время, учитывая отсутствие Закона, театры России, где некоторые руководители республики, края, области равнодушны к искусству как к институту духовного и нравственного целительства, находятся в очень сложном положении, так как финансирование театров проводится на самом минимальном уровне.

Возможно, я идеализирую, но мне кажется, что в мои времена в Министерстве работали очень профессиональные люди. Я тесно контактировал с моими коллегами из творческих управлений. Станислав Лушин возглавлял Управление музыкальных учреждений. Блистательный знаток оперного искусства, большой умница, до Министерства 11 лет был директором Большого театра. Иван Порто возглавлял Управление изобразительных искусств. Кандидат искусствоведения, замечательный организатор. И тот, и другой пользовались огромным авторитетом у ведущих мастеров искусства. Вспоминаю, как я неожиданно ещё раз подвёл Министра Ю.С. Мелентьева. В 1984 г. в Хабаровске проходил фестиваль «Героическое освоение Сибири и Дальнего Востока». Следует сказать, что Министерство было организатором и инициатором многих смотров. Так, раз в 5 лет проходили фестивали, посвящённые драматургии Чехова, Островского, Льва Толстого и Горького. Циклично раз в два-три года МК организовывало фестивали национальной драматургии в Москве или Ленинграде.

На фестивале в Хабаровске Якутский театр показал спектакль «Желанный голубой берег» по повести Чингиза Айтматова в постановке молодого режиссёра Андрея Борисова. Спектакль покорил всех – и зрителей, и критиков. Затем, когда постановку показали в Москве, Айтматов, с которым мы вместе смотрели спектакль, сказал, что это лучшее воплощение его прозы в театре или кино. Я уговорил Ю.С. выдвинуть этот спектакль на Государственную премию РСФСР. Именно уговорил. К сожалению, члены комиссии, замечательные режиссёры из провинции (фамилии некоторых из них я называл выше), не поняли всей прелести и новизны режиссуры Андрея Борисова, и спектакль так и остался кандидатом, не став лауреатом. Я не слышал упрёков со стороны Министра, но догадывался, что он считает это моей ошибкой. В эти же дни в Тбилиси проходил фестиваль молодёжных спектаклей. Это были постановки, созданные режиссёрами до 35 лет, а ведущие исполнители – до 30. На другой день после спектакля звонит мне народный артист Советского Союза, председатель грузинского ВТО Гига Дордкипанидзе. И тут я должен привести его слова: «Валерий, это Гига говорит. К нам приехал театр откуда-то из тайги. Мы не знаем даже этого народа, но это такой(!) спектакль, это такие(!) актёры, что на сцену вышла Верико (Анджапаридзе, народная артистка СССР, легенда грузинского искусства – В.П.), поклонилась им и сказала: «Мы думали, что самые лучшие актёры – в Грузии, но вы лучше нас. Я восхищаюсь вами. Спасибо, родные мои!» Валерий, ты не будешь возражать, если грузинское ВТО выдвинет этот спектакль на Государственную премию СССР?». И через полгода Андрей Борисов, художник Юрий Сотников и их актёры стали лауреатами Государственной премии. На моей памяти это был единственный случай, когда на Государственную премию спектакль российского театра выдвигался другой союзной республикой.

Вообще, провинциальные театры давали много замечательных спектаклей, которые не просто высоко оценивались столичной публикой и критиками, но и получали самые высокие награды. В своё время Государственную премию за свою «Снегурочку» получил Коми-Пермяцкий национальный театр, а за «Бесприданницу» того же Островского – Татарский национальный театр им. Г. Камала. Память хранит спектакли, ставшие лауреатами, созданные русскими режиссёрами Петром Монастырским, Юрием Буре, Анатолием Ивановым, Наумом Орловым, Глебом Дроздовым, Владимиром Пахомовым… Невольно вспоминается, как несколько лет назад в интервью один из ведущих московских режиссёров предложил сделать Государственную премию отдельно для столичных театров и отдельно – для провинциальных. Как это не стыкуется с конкретной практикой, и вчерашней, и сегодняшней, когда в провинции создаются спектакли, ничуть не уступающие постановкам ведущих коллективов столицы!

Трудно перечислить все вопросы, которыми занималось Управление. Это и распределение транспорта, светои звукоаппаратуры. (И делать это нужно было прозрачно, так как всё это тогда было в дефиците.) Это и подготовка документов на звания и правительственные награды. В конце концов, до января 1989 г. именно Управление утверждало заработные платы для артистов всех театров России. Мы создали при Управлении экспертный совет, который возглавил замечательный театральный критик Александр Свободин. В состав совета входили народный артист СССР В. Андреев, народные артисты России В. Самойлов, Е. Стеблов, Б. Морозов, театральные критики Ю. Рыбаков, В. Каллиш, Н. Жегин, Б. Любимов. Они вносили ноту высокого профессионализма в осмысление и решение многих вопросов театрального дела. Так, благодаря нашим совместным усилиям, удалось пробить в правительстве финансирование фестивалей, инициаторами которых было Управление. Дело в том, что из-за резкой дороговизны цен на транспорт и гостиницы театры больше не могли ежегодно ездить на гастроли, так, как это было в прежние времена, и участие в фестивалях стало единственной возможностью показать свой спектакль в другом городе. Экспертный совет также очень помогал в подготовке вопросов на коллегию. Я вспоминаю, как после обсуждения работы Пушкинского центра на коллегии Министерства культуры ко мне подходили работники других управлений, и с восторгом и белой завистью говорили о том, как много интересного и новой информации они получили от высоких профессионалов, которые принимали участие в обсуждении. Ещё бы, ведь это были В. Непомнящий, С. Рассадин и другие.

И мне снова хочется вспомнить имена моих коллег, с которыми, как мне кажется, за 18 лет удалось сделать что-то доброе для театров России. Это любимица Москвы и Питера, рыжеволосая красавица, специалист не только по театрам, но и по поэзии Есенина Маргарита Светлакова; это, как её называли, «начальник всех театров провинции», Инна Хамаза, смело выдвигавшая на должности главных режиссёров молодых специалистов; это один из моих заместителей, бывший артист ЦТСА, остроумнейший Борис Зубов. Не могу не назвать Анатолия Михеева, Михаила Киселёва, Вадима Лакшина, Валентину Фёдорову… Память уже не та, и, возможно, я кого-то забыл. Я благодарен им всем за замечательные 18 лет совместной работы. И когда сегодня, а мне по-прежнему много приходится ездить по стране, добрыми словами вспоминают работу Управления в прежние времена, то эта благодарность относится ко всем тем, кого я назвал.

К сожалению, в последнее время появляется большое количество документов, которые, не только, на мой взгляд, не способствуют улучшению работы театров. В некоторых из них театр приравнивается к любому государственному учреждению (ритуальные услуги, баня, прачечная и т.д.), обязанному оказывать услуги.

Театр, в котором я сейчас работаю, провёл значительную благотворительную акцию, посвящённую 65-летию Победы. В 9 городах Поволжья показывали спектакль и концерт песен военных лет в сопровождении нашего симфонического оркестра. В каждом городе проводились различные акции, как то творческие встречи, мастер-классы и круглые столы, на которых обсуждались проблемы современного театра. Если попытаться в нескольких словах сформулировать главную мысль этих встреч, то она звучит так: «Отечественный театр стремятся уничтожить. Сознательно или нет, но если эта тенденция будет продолжаться, то лет через 20 от театра останутся только руины». Руководитель Саратовского театра, народный артист Григорий Аредаков сравнил позицию Минфина с «подвигом Герострата». Но если этот древний грек сжёг только один храм, то люди из Минфина могут своими непродуманными документами уничтожить всю российскую государственную театральную систему, которая успешно создавалась на протяжении более 250 лет. А вот что говорила одна из самых замечательных актрис России, народная артистка Наталья Терентьева: «Нас учили, что театр – это храм. Во все времена приходилось трудно, но театр был почитаем, и к нему относились с уважением. Для меня работа в театре всегда была миссионерской. Я всегда пыталась в своём творчестве проводить в жизнь, что театр духовно и эстетически воспитывает зрителя. Сегодня нам предлагают «оказывать услуги». Мне кажется, это оскорбительно, и я убеждена, что наши учителя и учителя наших учителей так же реагировали бы на эти документы. Мне кажется, что сегодняшним руководителям не стоит забывать хорошее старое, а тщательнейшим образом проанализировать работу театров в 70-е-80-е годы, и, убрав оттуда негатив, оставить всё то доброе, что позволяет театру не существовать, а жить и творить на радость нашему любимому зрителю».

Очень хочется надеяться, что мнение практиков театра услышат сегодняшние руководители, и театр, искусство которого рождается на глазах зрителя каждый вечер, ещё долгие столетия будет необходим людям.

Подгородинский Валерий Васильевич,
Работал в Министерстве культуры РСФСР и Министерстве культуры РФ
(с апреля 1974 г. по 15 февраля 1979 г.
и с 15 февраля 1982 г. по 30 сентября 1999 г.)


Дата создания:
Дата изменения: 07.02.2013 10:48
Опубликовать в социальных сетях:
Опубликовать в социальных сетях:
Последнее обновление на сайте: 19:54 23.06.2017